вторник, 24 мая 2016 г.

Арзамас: Древняя Греция за 18 минут

Древняя Греция огромный кусок человеческой истории, который для нас сливается в одно слепое пятно. Вроде бы все все знают, но что и как там было - путаница.

Ролик арзамасцев - энциклопедический обзор, где все смутные представления разведены.
Особенно помогают временные сопоставления.
Вы знали, что в Критской цивилизации строили трехэтажные дома с канализацией, а после захвата ее дорийцами были свои темные века? Что возможно утратить письменность основательно и надолго? Что критские письмена никто не расшифровал до сих пор?
Вообще, Крито-Микенская культура в ролике представлена как Марсианскаая цивилизация у Рея Бредбери в Марсианских хрониках.

Всего 18 минут, пока убираешь со стола :)

Интересный момент: в антропософской педагогике Древняя Греция это материал для пятиклассников. По мысли Р. Штайнера и по наблюдениям учителей, пятиклассники сродни древним грекам. Тела детей в это время гармонично сложены, вот-вот начнется пубертат, взрывной рост, подростковая непропорциональность. Но пока - короткий период гармонии, как пятьдесят лет Высокой греческой перикловой классики.
Это возраст начинающейся конкуренции, состязательности. В это время дети готовы к ситуациям спортивной конкуренции, с удовольствием занимаются спортом.

Сейчас подумалось, что в советской школе, которая похоже в свое время многое почерпнула из передовых идей западных идей (Крупская-Мюнхен-Штутгарт), Древняя Греция - это тоже пятый класс. И во многие спортивные секции в восьмидесятых брали с 11-12 лет.


среда, 11 мая 2016 г.

Денежный марафон - прямая выгода

Проходим с соратницами упражнения денежного марафона Гелены Савицкой, стала замечать ряд изменений в отношении к деньгам и в своих поступках, связанных с деньгами..
Сейчас хочу поделиться измеримыми в деньгах достижениями.



Мы искали квартиру в Москве или Зеленограде.
Посмотрели довольно много предложений, остановились на Зеленограде. Однако цена на квартиру показалась мне на 15 тысяч больше приемлемой, тем более после сравнения с предложениями в

суббота, 7 мая 2016 г.

СПАСИТЕ-ПОМОГИТЕ! ЭКЗАМЕНЫ!


Экзамены — трудная для семьи пора. Словно бы экзамены детей — это экзамен на хорошего родителя или учителя. Нам так страшно, что дети провалятся, и весь мир увидит, как плохо мы учили, не следили, не контролировали, не заботились. И мы давим, виним, угрожаем карьерой бомжа или дворника. Да, мы понимаем, что давление ведет к стрессу. Да, в ответ на давление мы чувствуем сопротивление, бунт. Да, давлением можно сломать, но так что же? Не давить? Тогда расслабиться, ничего не сдаст, пропадет.
Чувствуя тревогу и страх родителей, дети тоже начинают нервничать и паниковать. Краткая вспышка страха поможет запомнить его источник, это эволюционный механизм. Но постоянное напряжение ослабляет внимание, память, здоровье вообще.
Кроме того, это напряжение воспринимается как опасность, древние отделы нашего мозга не различают опасность тигра и опасность неустроенного  будущего. Страх вызывает желание убежать или застыть, к всплескам агрессии, или приступам апатии, или неврозам. Зачем это нужно? Вспомним, что развитие идет из точки покоя. Поэтому задача родителей: создать зону комфорта, надежную базу для учеников-исследователей.

Шаг первый. Меняем колокольню

Что если мы, взрослые, начнем рассматривать экзамен как игру, как инструмент для улучшения своих знаний? Что если признаем, что экзамен — не конец жизни, а один из ее этапов? Важно дать понять детям, что одним днем мир не закончится. Что даже после неуда есть жизнь.
Недавно нашла совет по планированию времени на экзамен и пожалела, что не знала его в свою студенческую пору. Отметить в календаре все даты сдачи одного экзамена: досрочные сдачи, день обычной сдачи, переэкзаменовки, дни этого экзамена у других групп, пересдача с комиссией. Что это дает? Это дает ощущение выбора, снижает остроту напряжения, а значит приближает нас к точке покоя, а значит, память работает лучше.

Шаг второй. Встать на сторону ребенка

Выше мы говорили, что напряжение снижает когнитивные возможности учеников. Но кроме того, у детей возникает чувство, что родители против них, что родители любят только отличников, а если оценки не устроят родителей, то ребенка перестанут любить. Поэтому очень важно сказать детям, что мы будем их любить и с двойками и с пятерками, хотя пятеркам (не отличнику) обрадуемся больше. Ребенок отдельно, оценки отдельно. И да, дети сами не знают, что их любят безоценочно, пока им не скажут. В противном случае, дети чувствуют себя на войне, причем без тылов. Тут не до учебы вообще.

Шаг третий. Конкретная помощь

В каждом экзамене есть несколько сторон. Одна — это знания, которые оцениваются. Вторая — это сам процесс освоения знаний. Третья — умение свои знания показать.

Планируем

Для начала поможем детям в распределении времени и материала.
А) Помогаем оценить масштаб задачи. Для начала ответим на вопрос, какая цель в каждом экзамене. Знать или сдать? Этот предмет действительно важен, интересен и учитывается в будущем (например, для профессии) или надо сдать и забыть?
Затем думаем, какая оценка нам нужна. Если хотим красный диплом, то выяснить, какой процент четверок допустим. Если хотим просто образованного человека, достаточно ли знать на уровне тройки литературу для будущего химика?
Это важный этап, чтобы снизить напряжение. Возможно, мы ясно поймем, что тройка тоже приемлемый вариант? Кстати, это можно делать и в начале учебного года, чтобы грамотно распределять силы на домашние задания :)

Б) Оценим время до экзамена и объем информации: количество вопросов.
Поможем выяснить, где и какие есть пробелы в знаниях и в справочном материале. Если чего-то не хватает — выписать, найти в интернете в первый день. Это работа ребенка, но мы можем помочь скачав и распечатав материалы по каким-то вопросам, пока ребенок обзванивает одноклассников или делает закладки в тетрадях и учебниках. Не делаем работу за него, но разделяем с ним и дарим опыт работы в команде.

С) Оценив масштаб работы и приготовив учебники/конспекты, планируем время.
Часто делят количество вопросов на количество дней. Однако эффективнее пробежаться по списку с цветными маркерами, чтобы выделить общие темы, часто бывает, что вопросы одной и той же темы идут вразброс. Собираем блоки вопросов.
Затем важно помочь ребенку определиться со значимостью вопросов внутри блоков, чтобы идти в подготовке от общих, более фундаментальных вопросов, к частным. Или наоборот. Например, если есть вопрос «Основные черты литературы эпохи Возрождения», то сначала полезнее уделить внимание «Поэзии Возрождения» и «Прозе Возрождения». Тогда целый вопрос можно не учить, а сделать синтез двух частных случаев.

Д) Память в работе. Помнить - извлекать из памяти в нужный момент нужные знания. Не помним, значит не знаем. Многим знакомо как, бывает, читаешь учебник, вроде все понятно, а на зачете не можешь сформулировать ответ. И страница перед глазами, и схема, и цвет маркера, и почерк, а что именно — под пытками не вспомнишь.
Так вот, мы можем помочь детям эффективно запоминать.

Активное вспоминание
Для начала, не нужно сразу бросаться читать учебник. Лучше попробовать вспомнить, что знаешь. Это взбодрит память, пробудит внимание. Материал будет восприниматься свежее, потому что в нем будут свое, знакомое, и неизвестное.
Вспоминать важно не в уме, а действуя: набросать на бумаге схему или рассказать зеркалу/другу/родителям, или записать на телефон, что помнится.

Закон 70-50-20
Исследователи установили, что при условии активного запоминания после первого прочтения человек вспоминает 70% материала, через несколько часов половину, а на следующее утро - 20 %. Мы можем помочь ребенку, помогая ему активировать память в опорные моменты.
Подготовка вопроса:
Припомнить, что знаешь. Прочитать, с интересом отмечая, что именно забылось.
70% - Активно вспомнить: пересказать или нарисовать схему/таблицу, план ответа
50% - Закончив блок вопросов активно повторить, что помнишь, основные моменты.
20% - На следующий день освежить вчерашнее. Залатать пробелы в знаниях. Идти дальше. На тройку освоили и хватит.

Точка покоя
Пока дети работают головой, мы можем создать им точку покоя. Быть слушателями при активном вспоминании. Кормить. Помочь ребенку следить за ритмом: 40 минут работы, 20 - отдых. Детям с повышенной чувствительностью иногда помогает ритм «20 минут работы, 20 — отдыха». Следить, чтобы на отдыхе не кино смотрели, а меняли род деятельности: дать задание протереть пыль, сбегать в магазин, просто полежать, сделать растяжку или потанцевать.

Подарить себе и детям навыки самоконтроля:
Одуванчик (Дыхание на счет).
Научиться упражнению можно дома, оно очень поможет собраться с духом перед заполнением теста.
Итак, зашли в экзаменационный зал, взяли билет или получили тест, и первым делом следим за своими ногами и своим дыханием. Как это сделать?
Ставим ноги ступнями на пол, свободно выпрямляемся. Теперь делаем долгий выдох, легко, словно сдуваем парашютики с одуванчика. И вот, когда воздух в нас закончился, а живот прилип к спине, то мягко вдыхаем. Раз — надуваем живот, два — расширяем ребра, три — воздух под ключицы. Пауза, считаем до шести. И — выдыхаем. Раз, два — сдуваются ключицы, три, четыре — опадают ребра, пять, шесть — сдувается живот. Пауза. И так три раза. А теперь — тесты.
И как обычно, полезные книжки и сайты: 
Людмила Петрановская. Что делать, если ждет экзамен?
Гелена Савицкая. Блог в живом журнале.



Спасибо деду?

В детстве летом мы ездили к дедуле. Зимой скучали по дедуле.
 Бабуля была недостижимой, отстраненной, и я до сих пор с особыми чувствами вспоминаю тот единственный раз, когда она читала нам на ночь книжку.
" Маленькая, хрупкая женщина в очках - Ирина Михайловна Харахаш, заместитель главного конструктора завода, один из авторов первого советского роторного экскаватора", - так сказано о ней в журнале "Работница".

Работница, 1963 год, сентябрь.
Работая с психологом, я с огромным удивлением обнаружила, что нити многих моих внутренних каменных блоков, парализующих страхов ведут к отношениям с бабушкой, с маминой мамой, с которой  у меня в жизни было очень мало отношений.

Причем в первый раз острое осознание этих связей случилось в день снятия блокады, о чем я, не ленинградка, не знала.  Синдром годовщины и синхронизация, натяжение прочной связки истории личной  и истории страны. 
Когда 27 января психолог в завершительной части встречи сказала, что сегодня день снятия блокады, я ощутила себя частью огромного исторического полотна, нитью афининого ковра, поняла, как многое  в нас определяют судьбы наших предков.

Бабушкина история, что жила во мне, переданная через умолчание, через обрывки фраз, доносившихся из-за кухонных дверей, через весь контекст бабушкиного уклада, было ужасна.
Я знала многое из дневника, написанного ею для ее отца. Про смерть братьев в блокаду у нее на глазах, про ее мать, выбравшую голодную смерть, чтобы Ирочка могла спастись.
Как многие пережившие войну, она молчала о ней, заморозив эту боль. И себя вместе с ней.
Но когда я добралась до отзвуков бабушкиной боли в моем внутреннем пейзаже, то была потрясена.
Как она, юная девушка, вообще это пережила?
Дорогой ценой далась жизнь. Жизнь  с каменными чувствами, с замороженной душой.

Когда вижу все эти надписи на тайотах и даже мерсах "на берлин", "спасибо деду за победу", то вспоминаю бабулю и понимаю, что в этой безвкусной свистопляске поклонения войне опять вытаптывается женское.

Почему на наклейках не пишут "спасибо бабе"... Да и вообще, как можно было бы сказать про наших женщин-воительниц, фронтовичек, тружениц тыла?
Спасибо бабе за что?
Спасибо бабушкам за ...?
Или их там не было? На войне? В тылу?
Были же. И выстояли. И выстудились. Смогли выжить, умертвив душу. Обдавая холодом своих детей и внуков.
Конечно же вспоминается книга  "У войны не женское лицо" Светланы Алексиевич, лауретки Нобелевской премии по литературе.

Мы все в плену "мужских" представлений и "мужских" ощущений войны. "Мужских" слов. А женщины молчат. Никто же, кроме меня, не расспрашивал мою бабушку. Мою маму.Молчат даже те, кто был на фронте. Если вдруг начинают говорить, торассказывают не свою войну, а чужую. Другую. Подстраиваются под мужскойканон. И только дома или когда всплакнут в кругу фронтовых подруг, онивспоминают войну (в своих журналистских поездках не раз слышала), котораямне совершенно незнакома. Как и в детстве, я потрясена. В их рассказахпроглядывает чудовищный оскал таинственного... Когда женщины говорят, у нихнет или почти нет того, о чем мы привыкли читать и слышать: как одни людигероически убивали других и победили. Или проиграли. Какая была техника -какие генералы. Женские рассказы другие и о другом. У "женской" войны своикраски, свои запахи, свое освещение и свое пространство чувств. Свои слова.Там нет героев и невероятных подвигов, там есть просто люди, которые занятынечеловеческим человеческим делом. И страдают там не только они (люди!), нои земля, и птицы, и деревья. Все, кто живут вместе с нами на земле. Страдаютони без слов, что еще страшнее...

 Я читала только отрывки, на все сил моих не было. А они это прожили.
Будет ласковый дождь, будет запах земли.
Щебет юрких стрижей от зари до зари,
И ночные рулады лягушек в прудах,
И цветение слив в белопенных садах.
Огнегрудый комочек слетит на забор
И малиновки трель выткет звонкий узор.
И никто, и никто не вспомянет войну,
Пережито, забыто, ворошить ни к чему,
И ни птица, ни ива слезы не прольет,
Если сгинет с земли человеческий род.
И Весна... и Весна встретит новый рассвет,
Не заметив, что нас уже нет.
Сара Тисдейл. Перевод Льва Жданова.
Когда разворачиваю этот мучительно смятый комок чувств, мыслей, то хочу жить.
 Во имя бабушки. Во имя себя. Разрешить себе ошибаться, быть уязвимой, быть несовершенной, быть живой.

Если есть какая-то связь между душами, может быть это снимет злые чары и с нее?


Родитель. Он же учитель. Он же ментор. Он же.. Кто?

Читаю историю. Вроде бы про психотерапию. 
На деле, вообще про доверие между учителем и учеником
Про то, что обучение без отсутствие доверия - это насилие. Особенно ценная мысль, что даже если ученик не осознает насилия, тем не менее чувствует насилие как давление и начинает сопротивляться. Не всегда понимая, что сопротивляется, но почти всегда испытывая гнев.
Вдруг понимаю, что история прекрасно ложится на тему родительства и учительства. Понимаю как раз в тот момент, когда в следующей фразе Адрианы появляется понятие "авторитетное родительство".
Когда дети на домашнем обучении, очень часто встает вопрос, мол, как же родитель будет заставлять учиться ребенка. Иногда это звучит мягче: мотивировать, побуждать. Вот сама атмосфера школы, учитель с указкой у доски (ну или альтернативный какой учитель :) ) заставит, тут дети сразу понимают, что звонок - значит, учимся, а звонок на перемену не для нас :)
Небольшая заметка Адрианы подтверждает давнюю мою мысль, основанную на опыте и педагогических знаниях, что если есть доверие - то ребенок идет за нами.
А где больше доверия, чему в ситуации "родитель-ребенок"? Между нами привязанность, между нами признание. А даже если нет - то всегда можно настроить, восстановить, особенно быстро в младших классах. Но и в подростковом возрасте - тоже, стоит задаться целью.
Учитель и двадцать учеников или родитель и ребенок?
Для меня ответ очевиден.
Поэтому, зная о авторитетном родительстве, о привязанности (особенно в концепции Г. Ньюфелда) быть учителем своему ребенку легко
Не считая всей работы по взращиванию доверия. К себе-родителю прежде всего :)
Вот такое рассуждение предлагаю вам на подумать :)